Крепость на дне Финского залива

Пежемский Всеволод Гелиевич, к.п.н.

Петербург изначальный, первой четверти XVIII века, конечно, не столица - военно-морская база. И её, разумеется, надо было защищать с моря от возможного нападения неприятеля. Для этого неподалеку от острова Котлин была устроена небольшая крепость Кроншлот, которую основатель города требовал защищать в случае нападения до последней капли крови. Вскоре на самом острове Котлин построили порт и базу военного флота

История Кронштадта и фортов в Финском заливе известна в последнее время не только специалистам. А вот факт, что фортификационные сооружения есть не только на берегах, островах, но и на дне залива, - малоизвестен. Северная и южная морские преграды - сложные инженерные сооружения, которые защищали город и порт от внезапного нападения с моря на протяжении сотни лет. Автору этих строк удалось в свое время провести небольшую экспедицию по изучению участка подводной преграды от современного Сестрорецка до Кронштадта. Стоит, наверное, рассказать об этом уникальном военно-инженерном сооружении, формировавшемся с начала XIX по начало ХХ века.

Факт, что фортификационные сооружения есть не только на берегах, островах, но и на дне залива, - малоизвестен.

Первые мысли о преграждении свободного прохода кораблей к Петербургу через северный и южный фарватеры (с севера и юга от Кронштадта) возникли в военном ведомстве еще во времена Екатерины II, в период очередного обострения отношений со Швецией. Но в те времена проект оказался слишком дорог. А в царствование Александра I опасность нападения с воды на Петербург оказалась вполне реальной: присоединившись к Континентальной блокаде, Россия испортила свои отношения с Англией. Не то чтобы английских кораблей ждали со дня на день, но опасность такая была. Старые парусные корабли, выстроенные в линию, затопили между Лисьим Носом и Кронштадтом, сделав фарватер частично непроходимым.

Но самые увлекательные события развернулись в годы Крымской войны. Стремительное обострение международной обстановки привело в 1854 году в Финский залив эскадру союзников из 45 английских и 20 французских кораблей под командованием адмирала Чарльза Непира. Даже не попытавшись взять Кронштадт (правда, постреляв по Выборгу и Або), эскадра осенью ушла, а военно-морское начальство начало срочно латать дыры в обороне Петербурга. Южный (основной) фарватер был защищен лучше, и противника ждали с севера. Поэтому стали сооружать мощную подводную преграду. Она состояла из каменных валов, свайных полей и ряжей.

Если с валами и свайными полями все понятно: первое - насыпь из булыжника высотой три-четыре метра, проходящая поперек залива, а второе - бревна с металлическими оголовками, забитые в мелких местах, то ряж - это вещь необычная. Более всего он походит на избу без крыши. Большой деревянный ящик-сруб (примерно 9 на 3 м и 2,5 м высотой), с дном, сооружался на льду, заполнялся камнями. Под ним вырубалась полынья - и ящик опускался на дно. Ряжи ставились на глубинах более 5 м и служили дополнительной защитой наравне с каменным валом. После сооружения вся получившаяся система минировалась. Мины ставились двух видов - управляемые с берега (конструкции Якоби) и с самостоятельными взрывателями (конструкции Нобиле).

В 1855 союзный флот вернулся в залив. От него в Англии ждали решительных действий (по крайней мере - взять Кронштадт). Но сменивший нерешительного Непира Ричард Дондас оказался еще более осторожным. Из 70 судов он отправил два (Merlin и Firefly) как бы на разведку Северного фарватера, где они успешно как бы подорвались на минах. Первым рядом на преграде стояли мины Нобиле. А сам Нобиле получил не только контракт на поставку мин в казну, но и право поднять и восстановить все те суда, которые на его минах подорвутся. Поэтому мины Нобиле были снабжены 5-фунтовым зарядом пороха (мины Якоби - 10-фунтовым), чтобы имущество сильно не попортить. Так что оба судна пробоин не получили, но движение прекратили и немедленно вернулись к основной группировке, стоявшей у Толбухина маяка. А руководство эскадры получило прекрасный повод отказаться от кровопролитных боевых действий - ведь там же все страшно заминировано.

Корабли англичан стояли. Петербургская публика ездила в Ораниенбаум любоваться их дымами. Война вроде и была, а вроде бы и нет. А осенью эскадра ушла. Следующей кампании не случилось - был подписан Парижский мирный договор. Однако систему обороны фарватеров продолжали совершенствовать: строились форты, тянулись новые линии подводных заграждений. По случаю польского восстания 1861 года и его подавления в Финском заливе опять ждали неприятеля. И только появление новых типов судов, вооруженных дальнобойными орудиями, остановило в начале ХХ века эту работу.

Исследовав состояние преграды в 2012 году, можем утверждать: за исключением участка, попавшего «под Дамбу», преграда неплохо сохранилась и представляет интерес для исследователей. Ведь по сути своей - это действительно крепость, опущенная на дно, создававшаяся на протяжении столетий. Выявлены и характерные особенности: количество камня, высыпанного на дно, разительно отличается от указанного в архивных документах. Настолько, что органы дознания военного ведомства интересовались этим вопросом почти сразу после завершения строительства. Так что традиции правильного заключения тендеров и подрядов имеют в нашей стране глубокие корни. А затопленные корабли и подводные сооружения ждут своих исследователей.

Использованы материалы сайта http://ok-inform.ru/



В НАЧАЛО СТРАНИЦЫ | НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ | НА ПРЕДЫДУЩУЮ СТРАНИЦУ