По другую сторону света. Маяк «Толбухин»

В 2019 году «Толбухин» отметит своё 300-летие. В преддверии юбилея ИНСТИТУТ ПЕТЕРБУРГА побывал на маяке и побеседовал с маячниками об их работе.

Наконец химия и механика соединились к пользе человечества; силы природы восстали противу ней самой и маяки, не взирая на бури и дожди, вооружённые удивительными Аргантовыми лампами, в хитрых параболах вмещёнными, простёрли неизменный, светлый отличительный луч во сретение кораблям на неимоверное расстояние, и мореходцы, обнадёженные безопасностью своей, так же смело плывут ночью, сопровождаемые светом маяков, как и днём при всём блеске и величии солнца.
Н. А. Бестужев «Толбухинский маяк»


 

Толбухин — один из старейших действующих маяков в Балтийском море и самый старый в России. Он занесён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО (номер 540-003a5). Установлен на маленьком искусственном островке на оконечности Котлинской косы, отходящей к северо-западу от острова Котлин.

«Как мал островок, на коем поставлена башня! Кажется, она не имеет основания! Волны бьются; — плещут; — взбегают по отлогости до самой башни и с рёвом скатываются назад».
Н. А. Бестужев «Толбухинский маяк»

Как и другие первые маяки страны, он был построен по личному указанию Петра I. В одной из записок вице-адмиралу Корнелию Крюйсу 13 ноября 1718 г. царь писал: «Сделать колм [маяк] каменный с фонарем на косе Котлинской».

Документ из ролика "Маяк Толбухин" 

Выполняя это указание, К. Крюйс 2 декабря отдал письменное распоряжение капитану Эдварду Лейну. К письму прилагался эскиз башни маяка, составленный собственноручно Петром I. На эскизе давались основные размеры башни маяка, а в нижней части сделана рукой императора приписка: «протчее даётся на волю архитектору».

Однако сооружение каменного маяка потребовало значительных материальных затрат и, прежде всего, большого числа квалифицированных каменщиков. Кронштадтский порт, которому было поручено строительство маяка, ими не располагал. Поэтому, с согласия Петра I, было решено построить временный деревянный маяк и в то же время начать заготовку материалов для каменной башни. И 7 августа 1719 г. маяк, получивший название «Котлинский», приступил к «несению службы».

Котлинский маяк был первым в России, огонь которого зажигался постоянно в определённое время. На башне установили фонарь, в котором поначалу использовались свечи. Но это не удовлетворяло мореплавателей, так как видимость такого света была ничтожно мала. В 1723 г. маяк перешёл на освещение конопляным маслом, которое сжигалось в светильниках. Однако эта мера очень мало повлияла на дальность видимости. Поэтому (по примеру Готландского маяка) было принято решение перейти на освещение дровами и углём.

12 апреля 1736 г. Адмиралтейская Коллегия приняла решение приступить-таки к строительству каменного маяка, которое было поручено Главному адмиралтейскому архитектору Ивану Коробову. И. Коробов, побывав на Котлинской косе, определил первоочередные работы и предложил вначале возвести новый деревянный маяк, постепенно ведя подготовку к строительству каменного. В 1737 г.второй деревянный маяк был построен и получил название в честь  Федора Семёновича Толбухина — первого коменданта Кронштадта, командовавшего полком, разбившим в 1705 г. шведский десант, высадившийся на Котлинскую косу [по другим данным, переименование произошло на год раньше].

Адмиралтейская Коллегия не оставляла попытки возвести каменный маяк.  Строительство было связано с огромными трудностями: материалы привозили лодками, а строителям зачастую приходилось работать по пояс в ледяной воде. Однако важность этого маяка была настолько велика, что работы продолжались.  К 1739 г. удалось выложить только фундамент, а основное строение по-прежнему оставалось деревянным. 

В 1744 г. маяк сгорел вместе со служебными помещениями, караульным домом, пристанью и всем запасом дров и угля. Пожар вызвал ещё несколько постановлений Адмиралтейской Коллегии о необходимости постройки каменного сооружения. Но лишь в 1807 г., с введением в Адмиралтейском департаменте должности директора маяков, которую занял деятельный капитан 2-го ранга Л. В. Спафарьев, дело сдвинулось с мёртвой точки. Леонтий Васильевич разработал проект и смету на постройку маяков в Финском и Рижском заливах. Документы отправили на заключение Главному адмиралтейскому архитектору А. Д. Захарову, который внёс много изменений как в конструкцию маяка, так и в смету на его строительство. Наконец, в 1809 г. началось сооружение каменного Толбухинского маяка.

К сентябрю 1810 г. были возведены круглая башня из кирпича, цоколь из гранита, караульный дом и баня. В верхней части башни установили металлический 12-гранный фонарь, который освещался 40 масляными лампадами. Фонарь имел 24 платинированных серебряных отражателя, что значительно увеличило дальность действия маяка.  22 сентября 1810 г. каменный корпус вступил в строй. 

Вскоре на маяке была установлена аргантовая (кинкетовая) лампа, параболические реверберы (вогнутые зеркала, полированные серебром), в фокусе которых помещалась сама лампа, что позволяло параллельно отражать лучи на далеком расстоянии.

В 1819 г. (по другим данным — 15 июня 1820 г.) помощником директора балтийских маяков был назначен молодой лейтенант Н. А. Бестужев. В этой должности он пребывал до 1824 г. В 1821 г. будущий декабрист установил на «Толбухине» маячный аппарат, дававший цветопеременный огонь. В память о пребывании на маячном острове  Бестужев написал рассказ «Толбухинский маяк». Этот очерк — единственная его работа по описанию островов и маяков Финского залива. В письме из ссылки в Селенгинске к своему другу, основоположнику русской гидрографии, адмиралу М. Ф. Рейнеке 8 мая 1852 г. Николай Александрович рассказывал: "Благодарю Вас за сведения о островах морских Финского залива. — Некоторые я знаю и люблю, оттого-то и интересовался знать, будет ли о них что-нибудь написано и напечатано Вами. Вообще эти острова terra incognita (неведомая земля) для всех, даже для моряков. — И я, если б не служил помощником директора маяков, то не видал бы ни одного. Спафарьев обещал беспрестанно, но никак не мог сдержать своего слова, дать мне время и способ объехать и описать порядочным образом маяки наши и острова"…

Н. А. Бестужев

Вот как описывает Н. А. Бестужев маяк того времени:   «Я всхожу на высокую башню {Во 100 футов каменная башня}, девяносто пять ступеней возводят к пространному фонарю. Шесть шагов поперечника и шесть шагов высоты образуют его пространство. На средине утверждён железный постав, обращающийся с двумя кругами, носящими двадцать четыре лампы, в стальных, же реверберах утверждённые. Частые стекла окружают фонарь сей и пропускают спасительный свет лампад, увеличенный вогнутыми параболическими зеркалами {По Финскому и Рижскому заливам таковых маяков находится 22 и все они зависят от правительства Российского.}. Выхожу на окружающий помост, на коем сторож во время ночи бдит орлиным оком для подания помощи несчастному пловцу, ежели судьба или неосторожность приведёт его к подводным камням, маяк окружающим».

После того, как на маяке установили телеграф, было решено построить второй этаж над караульным домом. В 1833 г. второй этаж был надстроен и заодно проведена галерея, соединявшая дом с башней. Последнее нововведение значительно улучшило условия обслуживания маяка, особенно в штормовую погоду, когда вода почти полностью заливала остров.

Техническое оснащение продолжало пополняться: в 1867 г. был приобретён диоптрический аппарат. В 1900-1905 гг. появился туманный колокол  и телефон.  В 1957 г. "Толбухин" оснастили радиолокационным маяком и первой в СССР автоматической ветровой электростанцией. 

В 1960-70 гг. был построен причал, а сам остров укреплён бетонными плитами. 

Маяк многое видел за свою долгую историю. Видел корабли, уходящие в кругосветные плавания. Видел первую в России регату 8 июля 1847 г. Видел он и "баржи смерти", с которых топили офицеров-заложников в 1918  г. и кронштадтских мятежников в 1921 г. Превращался в наблюдательный пункт в годы Крымской войны, пережил налёты и обстрелы в Великую Отечественную войну…

Воды Финского залива таят в себе множество опасностей. Обширные отмели, сильные течения, переменчивые ветра — всё это не раз становилось причиной кораблекрушений. И маяки ставили именно там, где катастрофы происходили чаще всего, чтобы предупредить об опасности, указать путь, спасти от смерти. И даже сейчас, в век высоких технологий, море остаётся грозной своенравной  стихией, ежегодно уносящей человеческие жизни.

Поэтому в настоящее время значение маяка-ветерана возрастает. Он вновь становится важным навигационным ориентиром при плавании на подходе к морскому каналу и основному судопропускному сооружению защитной дамбы. Несмотря на развитие техники, визуальное наблюдение остаётся важнейшим средством ориентации. Приборы могут отказать, а огонь маяка виден за 19 миль. На его траверзе начинается Большой Кронштадтский рейд, ведущий в порты Кронштадта и Санкт-Петербурга. 

Схема из фильма "Маяки Ленинградской области" RTG PRODUCTION STUDIOS 

Люди неморских профессий проявляют всё больше интереса к маякам, поскольку видят в них не только инженерные сооружения, но и архитектурно-исторические памятники. А для моряков же башня, увенчанная сигнальным огнём, была и остаётся символом надежды, морской святыни.  

Маяк — что может быть романтичнее? Маякам посвящают стихи и прозу, о них снимают фильмы и пишут картины.  Насколько романтична жизнь на маяке в реальной жизни, мы отправились обсудить со смотрителями.

Прежде всего, необходимо отметить, что «Толбухин» — это закрытый военный стратегический объект. Его посещение без специального разрешения строго запрещено. Территория охраняется собаками. И если Фрам выглядит добродушным (а разве может по-другому выглядеть пёс, которого назвали в честь Макса Фрая?),

то к чистокровному немцу Боре (полное имя трудновоспроизводимое) страшно подходить, даже когда он надёжно заперт в клетке. 

В последние годы на «Толбухине» начальниками маяка были: 

с ноября 1990 по сентябрь  2010 — Александр Олегович Козлов,
с 1октября 2010 по март 2014 — Александр Иванович Дуплищев.

С 2014 г. по настоящее время на  «Толбухине» живут и работают три человека: начальник маяка Николай Васильевич Силантьев и два техника: Людмила Силантьева (супруга) и Константин Матвеев (сын Людмилы). По штату положен ещё один техник, но трудности пребывания на посту не всем даются.  Например, Роман смог продержаться восемь месяцев, а до него Валерий — всего три. 

Одной из их обязанностей является ведение вахтенного журнала, куда записываются все события, пусть даже незначительные. Прибытие на остров нового человека тоже отмечается в журнале.


Фотография из фильма "Маяки Ленинградской области" RTG PRODUCTION STUDIOS 

В сопровождении Константина проходим в башню через ту самую галерею, построенную в 1833 г.

Прежде всего обращает на себя внимание лестница — она не винтовая каменная или железная, как на многих маяках, а деревянная.

Также бросается в глаза толщина стен.

В 1898 г. в Кронштадте проходили первые успешные испытания радиосвязи. Но прошло немало времени, прежде чем радиопередатчики появились на всех кораблях и позволили им ориентироваться в любую погоду. А до изобретения радио найти маяк в тумане можно было по звуку его колокола. На «Толбухине» его сохранили как часть истории.

Рядом красуются солнечные батареи, ждущие своего подключения.

Старая линза давно снята. Её части лежат  на балконе. 

Вместо неё установлены светодиодные лампы. 

Маячники должны поддерживать чистоту стёкол, чтобы свет был хорошо виден.

Полюбовавшись окрестностями, спускаемся в машинное отделение. 

Затем осматриваем двор.

Здесь особенно бросается в глаза тот факт, что маяку требуется повышенное внимание: от стен отслаивается штукатурка, разваливается причал. Смотрители опасаются, что шпунт Ларсена скоро догниёт, и тогда «поползут» причальные плиты.  В первый год работы маячники натаскали 30 телег камней для его укрепления. Но привезённых пяти мешков цемента хватило только на две плиты… Например, северная сторона уже висит в воздухе. Если она рухнет, то не будет преграды для льда. Впрочем, и этой зимой лёд  накидало по всему двору (кстати, когда на комплексе защитных сооружений Санкт-Петербурга от наводнений опускают затворы, то на «Толбухине» двор заливает водой).

Фотография Юрия Томина

Ещё одна проблема — покосившаяся печная труба, которую необходимо демонтировать. Для этого нужно привезти хотя бы полсотни кирпичей. Кирпичи, фанера пригодятся и на тот случай, если выбьет окно. Ведь во время штормов, когда скорость ветра доходит до 27 метров, вокруг порой летают огромные брусья…

Фотография Юрия Томина

Продолжаем обход острова. Видим небольшое подсобное хозяйство. Дело в том, что маячники два раза в год получают паёк (на 8 и на 4 месяца). Вначале, помимо основных продуктов (картошки, тушёнки), им выдавали витамины, горошек, кукурузу, салаты, кабачковую икру. Теперь этого нет, поэтому что-то докупается, что-то выращивается. Дополнительно смотрители держали живность, но в этом году отказались.

Заглядываем в колодец. О нём, кстати, тоже упоминал Н. А. Бестужев, отмечая, что один из служителей «выплёскивал соленую воду, затопившую колодезь» после шторма.

Маячники любезно разрешают осмотреть и жилые помещения.

Кое-что из мебели, кстати, они сделали сами. Но в последний раз, по их словам, привезли доски, которые разваливаются на три части. А хорошие доски очень нужны, т.к. полы поел жучок. Необходимо срочно менять, чтобы не дошло до башни… 

От вида из окон захватывает дух! С удовольствием бы читала книжку в этом кресле у окна! 

Однако особо рассиживаться времени нет! Надо и хлеб испечь (ведь магазина поблизости не наблюдается),

и икорку из собственноручно выловленной рыбки на него намазать)) 

Но если серьёзно, дел хватает: звонки дежурному утром и вечером с докладом, ежедневная заправка дизелей, замена масла в дизеле каждые десять дней, замена фильтров и ремней, проверка двигателей… Ночью ведётся наблюдение за средствами навигационной обстановки: Шепелевским маяком и Красной горкой. Если какой-то из них погаснет, информация об инциденте заносится в журнал и сообщается дежурному.  Те же действия полагается совершать и в случае серьёзной поломки на «Толбухине». Ну и круглосуточный разгон туристов (зимой — до 50 человек в день) с объекта, которые начинают отколупывать себе чего-нибудь на память… 

Мы ещё долго сидели за чаем и обсуждали особенности профессии и жизни на маяке. 

Всегда интересует размер заработной платы. У начальника маяка самая высокая  — 13000р. (включая удаленность, морские и выслугу лет). У техников — 8500р.

Проживание на маяке бесплатное. Но у Силантьевых в Петербурге есть квартира. И раньше были льготы в оплате коммунальных услуг, однако сейчас их отменили. 

Самая сложная ситуация с медикаментами. Получается замкнутый круг. Ведь чтобы, к примеру, получить ампициллин, нужен рецепт. Чтобы получить рецепт, нужно заболеть. А если заболеть на маяке… Куда идти за рецептом на острове посередине залива?  К тому же ял, который должен быть по штату, разбит лет 8-10 лет назад…  Поэтому почти всю годовую зарплату Силантьевы потратили на резиновую лодку и мотор.

Особенно тяжёлое время – с ноября и примерно до середины января, пока не встанет лёд. Ведь на остров во время штормов ничего не сможет подойти по воде, а вертолётной площадки нет.  Да и связи, по большому счету, тоже нет: старая радиостанция не работает.  

А если пожар? На «Толбухине» есть старые огнетушители и пять новых. Но на зиму загружают 30 тонн топлива, и  пять огнетушителей тут мало помогут.  Да и  противогазы сгнили…

Что же заставляет людей продолжать работать на маяке?  Стиль жизни. Здесь нет суматохи, пробок, офисных дрязг… А какие здесь потрясающие закаты и рассветы…

«Прощайте, отшельцы мира! Жизнь ваша безмятежна: посреди бурь вы наслаждаетесь совершенным спокойствием, дни ваши посвящены благотворению и невинным радостям; прощайте! я отъезжаю туда, где при ясном небе свирепствуют бури, где при всех напряжениях к блаженству — мы несчастны; — прощайте, отшельцы мира!»
Н. А. Бестужев «Толбухинский маяк»


Фотография Юрия Томина

Жизнь смотрителя маяка в чём-то схожа с жизнью отшельника или монаха. Кстати, в фильме «Маяки Ленинградской области» утверждается, что в Императорской России все маяки освящались, а над фонарными помещениями устанавливали православные кресты. Их ставили особым образом, т.к. кресты ещё служили и навигационным ориентиром. Эта традиция ушла в прошлое. Но в образе маяка, который оберегает своим светом жизни моряков, действительно есть что-то священное…

Надеемся, что накануне знаменательной даты заслуженный ветеран маячной службы залечит все свои раны и во время юбилейных торжеств предстанет во всем блеске и великолепии.

В статье использованы материалы со следующих ресурсов:

1. Фильм RTG PRODUCTION STUDIOS "Маяки Ленинградской области"
2. Ролик "Маяк Толбухин"
3. Статья "Толбухин маяк" на сайте "Музея Морского флота"

Благодарим  Управление навигации и океанографии МО РФ в лице начальника, капитана 1-го ранга Сергея Викторовича Травина, Региональную общественную организацию "Гидрографическое общество" в лице президента, заслуженного деятеля науки, лауреата премии Правительства РФ, почётного члена Российского Географического Общества, доктора технических наук, профессора Николая Николаевича Неронова и командование воинской части 81357 г. Ломоносова за содействие в подготовке публикации, а также начальника маяка Николая Васильевича Силантьева, Людмилу Силантьеву и Константина Матвеева за хлебосольный приём и обстоятельные комментарии. 

ОСОБАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ ЮРИЮ ТОМИНУ  ЗА ИДЕЮ СТАТЬИ, РЕАЛИЗАЦИЮ ПЛАНА ДЕЙСТВИЙ, ВСЕВОЗМОЖНЫЕ СОГЛАСОВАНИЯ И КОМФОРТНУЮ ДОСТАВКУ.

 

Фотография Юрия Томина

(С) КСЕНИЯ САМАРИНА